Однажды утром Рождества, придя в церковь, пастор задержался, любуясь вертепом. Фигуры, тщательно сделанные, стояли на небольшой сцене: пастухи, волхвы, животные… и в центре — Святое Семейство. Потом он заметил, что ясли пусты, младенец Иисус отсутствовал! После осмотра всей церкви он позвал помощника пастора и старейшин, но они ничего не знали. Младенец явно был украден. Торжественно он сообщил прихожанам о происшествии, огорчённый мыслью, что один из них мог быть причастен. «Если младенца вернут к концу дня, вопросов не будет», — сказал он.

Но ясли оставалось пустыми весь день, и к вечеру, с тяжёлым сердцем и подавленным настроением, пастор прогуливался по заснеженным улицам. Впереди он заметил шестилетнего Томми, закутанного в тёплую одежду, гордо тащившего ярко-красные санки. Зная, что семья Томми испытывает финансовые трудности, пастор был тронут их жертвой и ускорил шаг, чтобы поздравить мальчика с Рождеством и полюбоваться новыми санками.

Когда он подошёл ближе, он заметил, что сани не пусты — внутри, завернутый и укутанный от холода, лежал младенец Иисус! Пастор присел на корточки рядом с Томми. Он был всего лишь маленьким мальчиком, но достаточно взрослым, чтобы понять, что воровство — это плохо. Пастор ясно дал это понять, а мальчик слушал с глазами, наполненными, как предположил пастор, раскаянными слезами. «Но пастор», — ответил малыш, — «я не украл Иисуса. Всё не так. Я давно просил у Него красные санки на Рождество — и обещал, что если получу их, то возьму Его в первую поездку».